Роман Г. Артемьев 
Княжество Запрета

2016
Роман Артемьев
Княжество Запрета

Княжество Запрета

 Гениальность и мастерство, талант и опыт. Первое встречается редко, потому и ценится высоко, а с долгого и тернистого пути постижения так легко сойти… Особенно если рядом нет никого, способного указать на ошибки, поддержать, подтолкнуть в нужном направлении. Мастерами становятся немногие, ремесленники встречаются куда чаще.
Обаэль сладких иллюзий насчет собственных возможностей не испытывал. По сравнению со старшим братом или тем же лордом Сэлларисом его подготовка ничтожна и зияет огромными дырами во многих областях. Отнюдь не во всех, но во многих. Почерпнутые из родовой библиотеки методики развития дара, довольно подробные и тщательно составленные, все-таки предполагали присутствие рядом опытного наставника. Которого, увы, взять просто неоткуда. Граница пожирает ресурсы с чудовищной скоростью, большинство знающих магов заняты войной с тварями провалов и не могут отвлечься, даже ради обучения наследника высокого рода.
Приходилось до всего доходить самому или с помощью любимого братца Обера, вечно занятого важными государственными делами. Хотя, мысленно поправился принц, действительно занятого. У владетеля по определению не может быть слишком много свободного времени, если же владение со всех сторон окружено врагами…
Обаэль хмуро посмотрел на испещренную рунами карту, занимавшую половину массивного дубового стола, перевел взгляд на разбросанные по столу тяжелые книги, мысленно проиграл последовательность необходимых действий. Кажется, все правильно. Хотелось бы, конечно, посоветоваться с кем-то более искушенным, но как-то так получилось, что из всех высокородных в наложении печатей он – лучший. Бред. Узнай кто на большом континенте, засмеют. Но здесь и сейчас ситуация именно такова, остальные жители полуострова сильны в других областях Высочайшего Искусства.
- Лорд Фамали – хотя голос принца был тих, дверь немедленно растворилась, и худой эльф со знаками принадлежности к старшему роду Спящего Барса коротко поклонился своему господину. – Мы отправляемся к лесу Стонущих Душ.
Старый слуга не поколебался, прежде чем возразить:
- Мой повелитель, это слишком опасно. Разрывы такой величины…
- Встречаются повсеместно и рано или поздно мне придется их закрывать. Именно мне, подчеркиваю. Лучше экспериментировать сейчас, пока на границе спокойно и я могу рассчитывать на помощь Сэллариса.
Первый-из-свиты не нашел, что возразить. Вместо этого он склонился в поклоне «смирения перед волей высокородного, оказываемого старшим по возрасту и допущенным в личный круг», и сообщил:
- Высокая леди Обиссаэль покорно просит высокородного принять ее. Она ждет в голубой гостиной.
- Вероятно, опять станет просить разрешить ей упражняться с мечом – недовольно повел плечом Обаэль. – Сейчас я спущусь. Сколько времени потребуют сборы?
- К концу недели свита будет готова, мой принц. Осмелюсь предположить, ваш владетельный брат предоставит эскорт?
- Я встречусь с Обером в час совы, хочу попросить у него воинов. Думаю, сотни хватит – земли Золотых Пантер рядом, они не откажутся при нужде прислать еще бойцов.
После того, как вассал покинул комнату, принц еще минут пять сидел в кресле, бездумно рассматривая шкафы со свитками. Несмотря на демонстрируемую уверенность, его одолевали сомнения в правильности принятого им решения. Но особого выбора нет – следует хотя бы попытаться закрыть провал из числа средних, пусть первая попытка и закончится неудачей. Подданные должны видеть, что правящий род ищет способы выбраться из сложившейся ситуации. Поэтому придется идти и в одиночку совершать то, чем в прежние времена занимались полноценные команды из трех-четырех мастеров печатей.
Покинув личные покои, высокородный направился на встречу с родственницей. Пожалуй, с Обиссаэлью он был близок настолько, насколько вообще мог подпустить к себе кого бы то ни было. Они принадлежали к одному поколению, оба родились незадолго до вторжения орков, не помнили жизни на юге и обладали схожими чертами характера. Неудивительно, что они подружились и, как следствие, позволяли в общении друг с другом серьезные вольности. Например, Обаэль называл свою троюродную тетушку просто «кузиной», опуская титулование, она же навещала комнаты принца без обязательного по этикету макияжа. Он симпатизировал ее желанию изучать воинское искусство, однако понимал, что шансов убедить владетеля учить женщину (тем более, принадлежащую к основной ветви рода) боевой магии нет никаких. Канон Благородства полагал ремесло воина достойным мужчины и только мужчины.
Внешне леди Обиссаэль на идеал благородной госпожи походила мало. Рослая по меркам высокородных, с крепкими жилистыми руками, любительница провокационных разрезов на платье и величайший мастер своего поколения по части владения короткой алебардой. Однажды она попыталась надеть штаны, но непотребство увидел Обер… Больше леди мужскую одежду не надевала. Владетель неодобрительно относился и к ее занятиям с оружием, однако традиции не запрещали девушкам-аристократкам упражняться с алебардой, луком, короткими ножами-заколками и боевым веером, накладывая табу на все остальное. И, мысленно улыбнулся принц, дорогая кузина достигла совершенства в тех узких рамках, которые были ей позволены.
- Счастлив видеть вас, кузина – Обаэль вежливо прикоснулся кончиками пальцев к краешку ее платья, выражая близкую привязанность. – Вам необыкновенно идет этот изумительный синяк, он прекрасно оттеняет цвет вашего правого глаза.
В ответ на столь оригинальное приветствие леди Обиссаэль ахнула, создала невесомое зеркало из водяной пыли и в ужасе схватилась за виски:
- Всеблагие боги! – Она торопливо принялась залечивать лицо. – Теперь понятно, почему слуги смотрели на меня так странно. Но когда же я успела…
- Вероятно, во время тренировки.
- И никто не сказал!
- Уверяю, ваша красота ничуть не пострадала – принц вежливо указал на креслица возле маленького столика, выполненного в стиле «летняя трава, расцветающая нежными побегами». – Прошу, забудьте об этом милом недоразумении и позвольте угостить вас отваром шиповника, он прекрасно утоляет жажду.
Дождавшись, пока кузина усядется в кресло, Обаэль вступил на приступочку и с нее уселся на свое сидение. Когда-то он приказал заменить всю мебель в своих покоях подходящей под его размеры и с удовольствием наблюдал, как гости забавно вертятся на кукольных стульях или маленьких диванчиках. Со временем развлечение стало казаться глупой блажью, и теперь даже массивные представители младших родов чувствовали себя в покоях наследника достаточно комфортно.
Минут десять перекидываясь ничего не значащими фразами, родственники внимательно изучали настроение друг друга. Девушка обдумывала, как принц воспримет ее просьбу. Обаэль гадал, что затевает любимая, пусть и несколько взбалмошная кузина.
- Я так давно не видела свою подругу, леди Риилару – вздохнула леди. – Вы не знаете, скоро ли прадед отпустит ее обратно ко двору?
- Сомневаюсь. Лорд Рет был слегка шокирован ее поведением во время последнего приема и намерен как можно скорее устроить судьбу своего потомка. Он полагает, замужество избавит ее от привычки обливать собеседника водой из фонтана.
- На ее месте я поступила бы точно так же. Вы знаете, какие гадости говорил тот негодяй?
- Ей следовало пожаловаться родственникам, вам, раз она числится вашей фрейлиной, или мне, находившемуся в соседней комнате. Скандал плохо сказался на репутации всех сторон.
- Как бы то ни было, я желала бы навестить Риилару – хлопнула длинными ресницами высокородная. – Бедняжка нуждается в поддержке и дружеском участии.
- Исключено – отрезал Обаэль. – Брат откажет, и правильно сделает. Замок Пикирующего Ястреба расположен слишком близко к границе, кроме того, местные разрывы недавно выпустили новую порцию порождений Тьмы. Ваш визит неуместен.
- Но, кузен…
Принц властно поднял маленькую ладошку, подавив протест:
- Достаточно, кузина. Не стоит спорить. Сейчас неподходящее время для исполнения вашей просьбы, и вы знаете об этом не хуже меня.
- Но я не хочу оставаться в Ноарисе! С тех пор, как владетель запретил мне тренироваться вместе с его гвардией, здесь стало невыносимо скучно!
Обаэль призадумался. Кузина известна своим несколько взбалмошным нравом и склонностью игнорировать этикет, из-за чего у нее часто случаются размолвки с царственным родичем. Тем не менее, она умна, решительна и, что особенно важно – она сильный маг. Очень сильный. Она могла бы стать немалым подспорьем в его планах.
Кроме того, остро стоял вопрос сопровождения. Передвигаться малым отрядом по землям княжества осмеливался не всякий безумец, а воинов постоянно не хватало. Три тысячи мужчин стерегли границы, еще столько же вели тихую войну с порождениями Бездны вблизи немногочисленных поселений - и все! Всего шесть тысяч, способных держать меч, на двадцать семь тысяч квадратных километров. В некоторых местах женщинам уже приходилось надевать кольчуги… Брат, услышав об этом непотребстве, в ярости раздавил драгоценный кубок. Но, несмотря на гнев, промолчал – потому что наложи он запрет, и тогда его вассалы потребовали бы обеспечить безопасность продолжательниц их родов иными способами, а свободных ресурсов у владетеля нет. Совсем нет.
Надо полагать, присматривать за двумя родственниками князь пошлет больший отряд, чем ради одного.
- Если вы решительно настроены покинуть столицу, я мог бы предложить отправиться вместе со мной. При условии соблюдения определенных требований…

Владетель Обер, господин земель Запрета и глава рода Исцеляющего Света, даже на близких знакомых наводил оторопь своей невероятной красотой. Его по справедливости называли идеалом мужчины из высокого рода: небольшой рост, тонкое и вместе с тем стройное тело с длинными ногами, золотая грива волос до лопаток, скульптурной лепки белоснежное лицо с огромными глазами миндалевидной формы и изящными ушками приводили в восторг всех женщин и многих мужчин при дворе. Увы, князь оставался неприступен. Он полагал необходимым являться образцом для своих подданных, поэтому дарил свою благосклонность только жене и трем наложницам из числа вассальных старших родов, отказываясь понимать многочисленные прозрачные намеки. Рядом с братом Обаэль особенно остро ощущал свою ущербность, возможно, именно по этой причине в отношениях между ними присутствовал некоторый холодок. Или чувство вины. Или просто непонимание.
- Конечно, я выделю вам воинов, брат мой – владетель согласно кивнул в ответ на высказанную просьбу. – И не сто, а двести копий. Если высокому лорду Сэлларису внезапно потребуется подкрепление, я прикажу вашему отряду прийти к нему на помощь.
- Разве орки готовят вторжение?
- Дикари пытаются прорвать границу примерно раз в тридцать-сорок лет. Оракулы говорят, следующая атака произойдет уже скоро.
Жившие в разрушенном варварами владении Истинного Света эльфы не успели бежать на восток – орки перерезали дороги. Самое северное из княжеств оказалось в изоляции, туда же отошли остатки разбитых армий соседей. На юге готовились к новому удару орки, намереваясь окончательно покончить с остроухими врагами, немногочисленные порты запада физически не могли отправить беглецов в дружественные земли, на севере мрачно нависали пораженные древней магией Запретные земли. Казалось, все потеряно, и эльфы обречены на последний бой и славную гибель.
В той ситуации высокий лорд Обурамикарон предложил дерзкий план, обещавший хоть какую-то надежду. Старый маг вспомнил о расположенном в дальних пределах полуострове, относительно свободном от порчи, и предложил поселиться на нем. Конечно, здесь тоже хватало провалов во Тьму и жутких мутировавших созданий, а то и приходящих извне демонов, но оставалось немало земель, на которых можно жить. Также привлекало месторасположение нового княжества: омываемый океаном Холода, плавать в котором не решались самые отважные мореходы, он граничил с остальным материком полосой суши километров двести длиной. Большая часть перешейка приходилась на провалы, проникнуть на полуостров можно было только в трех-четырех местах. Высокородные надеялись переждать опасное время в природной крепости, ожидая помощи от сородичей. Ведь рано или поздно Благой Совет уничтожит животных, посмевших оскорбить своим присутствием высшую расу!
Высокий род Истинного Света успел сделать многое. Аристократы провели своих подданных сквозь затронутые порчей Тьмы земли; жертвуя жизнями, отбивали атаки тварей и сдерживали наседавших сзади орков, запечатали сильнейшие провалы, уничтожили всех Хозяев Провалов на новых землях, создали ограждающее заклинание опеки… Их оставалось немного, когда варвары в первый раз прорвались сквозь заслон из Тьмы. Захваченные пленники поведали, как демоны терзали пятидесятитысячный отряд варваров, как шаманы оказались бессильны перед злом и ненавистью древней магии, всего три тысячи всадников достигли новых владений Детей Света и Песни. Их истребили, но орки учились на своих ошибках – с каждым разом врагов приходило все больше.
- Новость неприятная, но на мои планы влияющая мало, владетель – после короткого размышления принц сделал жест кистью, словно отбрасывал нечто несущественное. – Я выбрал лес Стонущих Душ отчасти за малое количество обитающих в нем существ. У меня нет желания отвлекаться на бессмысленные схватки с демонами и мутантами.
- Признаться, меня до сих пор преследуют определенные сомнения насчет вашего решения, брат мой. Ведь настолько больших проколов вам запечатывать еще не доводилось. Быть может, пока что стоит сосредоточиться на менее опасных кавернах во Тьму?
- Я уверен в результате – вскинул подбородок Обаэль. – Я тщательно рассчитал все возможные последствия и провел предварительные эксперименты, завершившиеся полным успехом. Кроме того, хотя выбранный мной провал является наименьшим из прорывов своего класса, вместо пяти рекомендованных в литературе поддерживающих заклинание опор я намерен установить семь, сведя риск к минимуму.
Обер кивнул, принимая объяснение, и заметил:
- Рад это слышать. Лес Стонущих Душ граничит с поселениями наших верных вассалов – Золотых Пантер и младших родов Мечей Воды и Серебряной Арфы. Мы заинтересованы в скорейшем избавлении их владений от источника постоянной угрозы, каковым является любой прокол. Сколько времени вам потребуется?
Обаэль после некоторого колебания решился назвать реальные сроки. В конце-концов, князь имеет право знать.
- Полагаю, около тридцати лет. Первоначально я намерен наложить около сорока печатей на мелкие каверны, затем определить места установки физических воплощений опор, откорректировать первоначальные вычисления. Только потом можно приступать непосредственно к созданию основного заклинания.
- Учитывая сложность задачи - небольшой срок.
- С позволения владетеля, есть возможность сделать его еще меньше – принц дождался разрешающего жеста и продолжил. – Как вы знаете, любой маг способен усиливать собственные возможности за счет помощи других магов. Объединяться лучше с родственниками, хотя в данном случае общая кровь не является непременным условием. Мне пришло в голову поразить сразу несколько мишеней одной стрелой, пригласив составить компанию нашу кузину Обиссаэль.
- Брат мой – после короткого молчания сухо заметил Обер. – Вы сошли с ума.
- Ничуть не бывало. Посудите сами, владетель: опасности для нашей родственницы нет, ибо она будет постоянно окружена многочисленным отрядом опытных воинов. С другой стороны, высокая леди непременно захочет принять участие в охоте на монстров, каковой желание я постараюсь удовлетворить.
Невозмутимая маска треснула, старший со свистом втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы:
- Что!!
- Обязательно постараюсь – с улыбкой, но твердо кивнул головой принц. - Кузина начиталась древних легенд и теперь считает стезю воина чем-то до тошноты благородным, окруженным романтическим ореолом. Немного жизненных реалий ей не повредит. Кроме того, при виде сочащегося кровью вонючего трупа у нее может произойти определенная переоценка жизненных ценностей – принц неопределенно повел в воздухе рукой. – Вряд ли чувствительная девушка после такого зрелища и дальше продолжить упрашивать разрешить ей идти по Пути Меча. Полагаю, по возвращении в столицу она найдет занятие, более подходящее для девушки из благородного рода.
- А если она продолжит упорствовать? – недоверчиво кинул старший. – Что тогда?
- Тогда я под благовидным предлогом отправлю ее к лорду Сэлларису, пусть сам попытается укротить будущую невесту.
Высокородный может сочетаться браком только с высокородной. Это закон, свято соблюдавшийся во всех светлых землях. Аристократы-мужчины брали в наложницы девушек из старших родов, однако дети от таких браков считались принадлежащими к роду матери. Высокие же леди выходили замуж только за равных себе. После бегства и последующих тяжелых испытаний в княжестве осталось всего двое мужчин, от связи с которыми женщины Исцеляющего Света имели возможность продолжить свой род. На самом деле один – высокий лорд Сэлларис, потому что высокий лорд Ансатор давно и прочно отдал сердце представителям одного с собой пола.
Брак высокой леди Обиссаэль, а также леди Оби и леди Обтариэль с лордом Сэлларисом всем заинтересованным сторонам представлялся делом решенным. Вслух, по крайней мере, никто не возражал.
- Кузину в любом случае стоит на время удалить от двора – продолжал давить на заколебавшегося брата принц. – Ее пылкая натура приводит к появлению изрядного количества сплетен. Запреты же, учитывая ее эксцентричный и упрямый характер, вряд ли приведут к желаемому результату. Скорее наоборот. Отправьте леди вместе со мной, и вам не придется искать возможности выделить соответствующий ее статусу эскорт.
- Благородная леди не должна подвергаться опасности.
- Она и не будет. Я обещаю. Кроме того, никого лишнего я с собой не возьму, и компрометирующих слухов не воспоследует.
После долгого размышления князь вздохнул. С девушкой действительно следовало что-то делать, ее поведение в последнее время балансировало на грани приличий. К сожалению, беседы и внушения не помогали, должным авторитетом в ее глазах он не обладал. Может, действительно имеет смысл попробовать предложение брата? У него хорошие отношения с Обиссаэлью, к нему она прислушается.
- В былые времена я даже не стал бы задумываться о вашем предложении.
- В былые времена я не осмелился бы просить о подобном, владетель. Да и нужды такой не возникало.
- Действительно – сухо усмехнулся Обер. – Пусть будет так. Я позволю высокой леди отправиться к лесу Стонущих Душ, но имейте в виду, брат мой – с того момента, как кортеж выступит из столицы, именно вы несете полную ответственность за благополучие нашей общей родственницы!
- Иначе и быть не может.

Отношения между братьями не сложились, это признавали оба. После смерти старших родственников внезапно принявший зеркало, серьги и венец властителя Обер полностью погрузился в дела управления разоренной страны, препоручив заботы о младшем брате воспитателям. Нельзя сказать, что они плохо справились со своей миссией, принц считался достойным представителем своего рода, но… Возможно, следовало найти лучшее решение. Поддержка юному лорду тогда была очень нужна. Может быть, она нужна ему и теперь.
В покоях Обаэля не вешали зеркал с тех самых пор, как он в приступе ярости переколотил все. Принц не любил рассматривать свою внешность. Когда требовалось, или возникало странное желание помучить себя, к его услугам были многочисленные заклинания, позволявшие создать невесомую отражающую пленку. Как сейчас.
В блестящей поверхности отражался ребенок, не достигший первого совершеннолетия. Он останется таким всегда, если только не найдется маг, способный снять наложенное проклятие. Прощальный подарочек леди Ниссер, да терзают демоны ее плоть вечно, удар, направленный на сына злейшего врага. Магам удалось слегка ослабить враждебное заклинание, обеспечив Обаэлю полноценное умственное развитие, но физически… Принц обречен пользоваться детскими приборами, забираться в кресла с помощью подставки, не способен доставить наслаждение женщине. В том и суть проклятия – не иметь детей. Обер смог защититься, точнее, укрылся под родовыми артефактами, поэтому вся мощь волшбы, странным образом преломившись, ударила на младшего брата.
Быть может, властитель испытывал какое-то чувство вины, раз позволял брату много больше, чем прочим. Только Обаэль смог бы уговорить его отправить родственницу в опасное путешествие, только принц, пусть изредка, мог убедить князя отступить от жесткого свода канонов. Поэтому придворные интриганы, да и просто влиятельные лорды, стремились заручиться поддержкой крохотного ангелоподобного наследника престола. Удавалось не всем – Обаэль доверял единицам. Своим воспитателям, часть которых стала его свитой, кузине, чьи желания были очевидны, еще нескольким светлым. Доверял, но проверял.
- Изначально я планировал маленькую экспедицию – спустя пару суток после выхода из столицы поведал принц спутникам. – Вырастить небольшую крепость на границе прокола и заниматься привычным делом. Такого безумия я никак не ожидал.
Молчаливое согласие окружающих настроения не улучшило. Отряд растянулся, движению мешали постоянные остановки и, что самое неприятное, охране уже трижды пришлось отбивать наскоки каких-то измененных тварей. А ведь дорога считалась очищенной, ее регулярно осматривали маги и не реже раза в пять дней ходили патрули.
Свита высокого лорда состояла из пятидесяти эльфов, в основном представителей верхушки старших вассальных родов. Безусловно, по статусу наследнику полагалось куда больше личных подданных, но Обаэль плохо сходился с окружающими. Поэтому рядом с ним постоянно находилась немногочисленная и сплоченная команда, хорошо изучившая желания сюзерена и лишь изредка пополнявшаяся новыми членами. Конкуренция за место в свите принца шла постоянно. Помимо статуса, даруемого близостью к высокородной особе, члены свиты обладали некоторым иммунитетом перед обычным законодательством и имели право доступа в Большую Королевскую Библиотеку. Многих последнее притягивало сильнее всего. Эльфы ценили знания дороже любых материальных благ.
Как водится, привилегии приходилось отрабатывать. Принц, казалось, избрал личной целью избавить владение от всех последствий древней войны, запечатать все проколы. Он с юного возраста изучал методики закрытия каверн и сейчас являлся лучшим магом в этой области среди высокородных владения. Постепенно закрываемые им раны на теле планеты становились все глубже и больше, как следствие, росло количество тварей, от которых приближенным приходилось защищать своего господина. Иногда ценой собственной жизни. К счастью, последнее происходило редко, в свите почти все являлись опытными магами.
Сто воинов и пятьдесят эльфов свиты – сила, вполне достаточная, чтобы обезопасить любую экспедицию. В пределах княжества, разумеется, ибо за границами установленных погибшими родичами щитов встречались невероятно сильные монстры. Затем владетель внезапно вдвое увеличил отряд поддержки, потом присоединилась леди Обиссаэль с фрейлинами, которых встревоженные родители также сочли нужным сопроводить охраной… Короче говоря, к лесу Стонущих Душ двигалась внушительная процессия из пяти сотен эльфов и трех десятков каро, полуразумных единорогов. Вместо запланированной недели сборы заняли две, а двигался пышный кортеж очень медленно. Повозки ломались, постоянные капризы благородных дам изматывали не менее благородных кавалеров, главы всех встреченных деревушек считали своим долгом приветствовать принца прочувствованной часовой речью.
Обаэль, не отличавшийся особым терпением, вскоре взорвался.
- Леди Лассаэль жалуется на головную боль и просит позволить ей отдохнуть у водопада? Желает насладиться красотой падающей воды? – в минуты гнева у принца начинало дергаться правое веко. – Передайте старшему ее эскорта, лорду…
- Ламавариси.
- Лорду Ламавариси, что в связи с плохим здоровьем его подопечной я приказываю им вернуться в столицу. Пусть лечится. Также передайте высокой леди Обиссаэль о моем недовольстве скоростью передвижения ее фрейлин. Лорд Бирут! Отправляйтесь вперед, и сообщите всем встреченным вами делегациям, что изъявления своей радости они могут направить в письменной виде во дворец, или высказать на ходу, или просто могут меня не заметить. Словом, придумайте что-нибудь. Мне надоели задержки!
Лорд Бирут из рода Алого Вепря, один из бывших воспитателей принца и, как тот втайне подозревал, сильнейший боевой маг владения, тихо высказался:
- Главы родов надеются лицезреть высокого лорда…
Иными словами, десятки зрителей и строгий этикет мешают лорду говорить прямо. Иначе он сказал бы, что вряд ли местные властители будут довольны вашим поведением, принц, и обязательно выразят свое недовольство владетелю. Который не замедлит отчитать младшего брата за пренебрежение вассалами.
- Ну так объясните им несвоевременность их надежд – со змеиной улыбкой посоветовал Обаэль. – Скажите правду: дескать, принц очень зол и с радостью поделится этим бодрящим чувством с окружающими.
Старый лорд философски пожал плечами и отправился выполнять приказ повелителя. За шестнадцать тысяч лет, проведенных на службе у рода Исцеляющего Света, он приобрел два полезных качества: иммунитет к гневным взглядам аристократов и умение улаживать конфликты любой степени сложности. Тем более, что как раз этот приказ исполнить легко – наиболее крупные поселения остались позади, впереди стоят только укрепленные деревни младших родов. Им достаточно высказать повеление принца, и главы вряд ли осмелятся беспокоить сиятельных господ. Зато можно ехать, не обращая внимания на прекрасный, но чрезвычайно медленный цветник, чтобы с одной ночевкой достичь будущего места жительства.
Вряд ли там понадобится его помощь, просто лучше заранее ознакомиться с окрестностями. Лорд Фамали, вероятно, уже прибыл на окраину леса и занимался созданием лагеря. Эльфы планировали задержаться лет на тридцать, поэтому устраивались на новом месте с комфортом, основательно. Сначала воины уничтожат затронутых Тьмой существ, затем маги изгонят тонкие нематериальные сущности, из-за которых лес получил свое название. Сильнейшие волшебники, элита старших родов, по мере возможности закроют небольшие разрывы пространства или наложат временные печати, стирая колебания энергетики планеты до нормы, тем самым, позволив Фамали приступить непосредственно к выращиванию будущей крепости. Безусловно, лорд только заложит основы – очертит контур стен, прорастит и посадит росток дворца своего господина, разметит положение большинства служб. Все остальное сделают сами эльфы. Принц, например, не станет жить в доме, не соответствующем его вкусам и несущем отпечаток чужой энергетики, он и так сильно доверился своей свите. Точно так же и охрана леди не позволит ей поселиться в доме, тайные ключи к которому может знать кто-то чужой.
Вассалы занимались делом. Процессия тащилась вперед. Принц медленно зверел.

- Молиан! – женщина в белых вдовьих одеждах быстрым шагом шла по усыпанной гравием тропинке, оглядываясь по сторонам. – Молиан, где ты?
Воздух перед ней задрожал, и из сгустившейся тени материализовалась фигура молодого эльфа. Две особым образом заплетенные косицы у висков свидетельствовали, что он не достиг третьего совершеннолетия, то есть формально является подростком, однако висящий на поясе боевой бич и символы Льда-и-Дождя на рукаве куртки говорили о статусе полноправного воина. Обычная ситуация для семей полуострова.
- Вот ты где – женщина недовольно дернула уголком рта. – Опять? Сколько раз я говорила, чтобы ты прекратил изучать скольжение!
- На территории поместья мне ничто не угрожает, мама.
- Да, но и пользы от твоих занятий никакой.
- Спорное утверждение.
- Создавать тропы в настолько нестабильной зоне, как наше княжество, нельзя. Это самоубийственное занятие.
- Я не говорю о тропах – запротестовал Молиан. – Есть же и другие способы, например, в бою или при защите поместий.
- Да, есть. Только они требуют очень высокого уровня контроля энергий и, следовательно, массу времени на изучение. А у тебя нет времени – женщина вздохнула – защитить себя ты должен уметь уже сейчас.
Юноша словно бы случайно прикоснулся к рукояти бича.
- Этого недостаточно – тут же откликнулась мать. – Ты единственный мужчина в роду. К тебе особые требования.
Такое положение дел уже никого не удивляло. Мужчины гибли намного чаще, чем женщины, редко выходившие за границы укрепленных поместий. Хотя в последнее время ситуация изменилась – представительницы слабого, как считалось, пола все чаще брали в руки оружие, заключали торговые сделки, представляли свои семьи в суде и овладевали боевыми заклинаниями. После гибели сына старшим родом Таящихся под кронами Леса правила леди Морра, прабабка Молиана, и правила уверенно. Во всяком случае, маленькая семья особого недостатка в еде, одежде и деньгах не знала, а принадлежащий им дом считался неплохо защищенным.
Формально юноша по достижению третьего, полного совершеннолетия мог бы потребовать признать себя главой рода, но желания взваливать не себя еще и эту ответственность у него не возникало. Зачем? Урона чести от того, что подчиняется женщине, он не видит, леди Морра намного опытнее него, лучше разбирается в хитросплетении интриг многочисленных родов, обладает связями и знаниями, несравнимыми с его. Его долг состоит в том, чтобы при необходимости защитить родственниц, а значит, он обязан как можно скорее овладеть магией и воинскими навыками. В том числе, чтобы ни говорила мать – умением переходить на вторичный слой реальности, так называемым «скольжением в тень». Да, обычно его используют при сотворении Лесных Троп, позволяющих за сутки преодолевать огромные расстояния, но этим его польза не ограничивается. Освоив скольжение, можно переходить к более сложным операциям с пространством, составляющим большую часть родового арсенала заклятий. Таящиеся до прихода орков как раз и специализировались на создании порталов, потайных комнат, ненаходимых общепринятыми способами, изготовлении дорожных сумок, способных вместить содержимое небольшого склада. Мирный уважаемый род, верно служивший своим повелителям и не лезший в политику.
- Леди Морра хочет видеть тебя – мать развернулась и пошла в сторону дома, сделав знак следовать за собой.
- Что-то случилось?
- Только что прибыл патруль. По-видимому, принесли какие-то новости.
Что такое дом светлых эльфов? Часто он похож на огромное дерево, южане предпочитают создавать плавучие острова, самостоятельно перемещающиеся по океану, на далеком востоке строят крепости из камня и застывших струй ветра. Таящиеся, род артефакторов и книжников, вырастили четырехугольное здание с огромным внутренним двором, в котором нашлось место и садику, и высокому дереву с раскидистой кроной, и даже пруду с карпами и беседкой на берегу. Правый корпус предназначался под женские покои, противоположный, закатный, считался мужским, здесь находилась оружейная и тренировочный зал, в южном жили семейные пары. В северном принимали гостей и когда-то проводили праздники. Давно.
Поместье закладывалось с расчетом на куда большее количество жильцов, изначально предполагалось, что оно станет чем-то вроде укрепленной заставы на дороге между двумя крупными поселениями. Однако гибель слишком многих светлых в первые сто лет существования княжества многое изменила, и теперь владения рода находились в своеобразном тупике. К счастью, раз в месяц к ним приезжал отряд, проверявший обстановку в отдаленном уголке и заодно сопровождавший купцов, приносивших товары и рассказы о событиях большого мира. Первыми новости выслушивала леди Морра, она же устраивала гостей на ночлег и общалась с торговцами.
- Леди Морра – мать остановилась, не доходя десяти шагов до беседки.
- Входите, Мондарэ – голос соткался из тихого ветра, словно говорящая находилась за спиной. – Как раз вас жду.
- Вы хотели поговорить со мной, леди? – прежде, чем усесться самому, Молиан помог матери расположиться в глубоком кресле. В связи с приездом гостей женщины надели парадные платья, красивые, но чудовищно неудобные. Стоять или двигаться по прямой в них еще было можно, а вот совершать какие-то иные движения без посторонней помощи удавалось с трудом.
- С вами обоими – уточнила леди. – Было бы несправедливо определять судьбу сына, не спросив мнения матери.
- Разве мы не все обсудили раньше? – насторожилась Мондарэ. – Тем более, что жрецы уже дали свое согласие.
Глава рода согласно склонила голову.
- Да, верно. Но обстоятельства немного изменились. Как мне только что сообщил доблестный Сеаркел, наши края почтил визитом высокородный Обаэль, пусть боги смотрят на него с благосклонностью. Высокородный привел поход очищения, он намерен запечатать Врата-во-Тьму Стонущих Душ, а дело это непростое. Поэтому его сопровождает крупный отряд воинов и приличествующая свита, в которую входят несколько моих старых знакомых. В частности, лорд Фамали из рода Спящего Барса. Я могла бы просить его взять Молиана в подручные, полагаю, он не откажет в просьбе.
- Связи при дворе, общество сильных магов… - задумалась мать.
- Именно. Полагаю, они не откажут в совете любознательному и почтительному юноше. Что скажешь, Молиан?
- Почему вы вспомнили об этом знакомстве только сейчас?
- Потому что он прислал письмо, в котором интересуется нашими делами и предлагает помощь – леди взглядом указала на лежащий на низеньком столике свиток. – Обратись я к нему сама, и тем самым фактически признала бы его личное верховенство над наследником рода. Слишком высокая цена, слишком большой долг. А раз он обратился первым, то можно сказать, что он просто оказывает услугу по старой дружбе. Наставляет молодого юношу в части этикета, магии, воинского мастерства и прочего.
- Учитель в любом случае имеет большую власть над учеником.
- Есть разница между наставничеством и патронатом. В данном случае речь идет о втором.
Предложение выглядело заманчиво. Как всякий юноша, имеющий магические способности, Молиан имел право обратиться в один из храмов, дающих основы по выбранной стезе. В силу очевидных причин, особой популярностью в княжестве пользовались храмы Заступника и Высокого Неба, обучавшие воинскому ремеслу и призыву стихий. Большинство тех, кто не обзавелся личным наставником, шли именно в них. Однако госпожа рода нашла третий вариант, сулящий немалые перспективы.
- В целом предложение мне нравится, но хотелось бы услышать подробности. Кто такой лорд Фамали? Насколько хорошо вы его знаете? Насколько формально он отнесется к своим обязанностям?
В глазах леди скользнуло выражение одобрения, хотя лицо осталось неподвижным. Ей понравилась рассудительность наследника.
- Лорд был женат на одной из моих теток. В эпоху Падающих Звезд я проживала в столице владения и часто навещала родственниц из дружественных кланов. Тогда-то мы и познакомились…

- Я вижу, вы проделали большую работу, лорд Фамали. При желании поселок можно будет развернуть в настоящий город.
- Вы слишком добры, лорд Бирут. Мои усилия не стоят вашего внимания.
Два старых эльфа переглянулись с понимающими полуулыбками. Они были врагами и дважды сходились в поединках чести, они дружили и не раз выручали друг друга в опасностях, вместе выступали в Совете или отчаянно интриговали, не позволяя сопернику получить желаемое. Оба когда-то правили своими родами. Они, возможно, не могли точно сказать, кем сейчас являются по отношению к стоящему рядом, но были твердо уверены в двух вещах – во взаимном уважении и понимании. Том самом понимании, которое позволяло говорить на тончайшем языке намеков.
Действительно, хорошая работа. Небольшой форт можно превратить в полноценную крепость, узел сплетений стихийных энергий при необходимости позволит подпитывать силой не три-четыре сотни домов и столько же стражей, а на порядок больше. Возникни у принца такая необходимость, он проживет во временном лагере не тридцать лет, а триста, или более, и ни в чем не будет чувствовать ущерба. Матерые лорды смотрели в будущее. Они видели не один только Лес Стонущих Душ, но еще три равноценных прокола поблизости, которые тоже не плохо бы закрыть. Ведь находятся они на землях издавна верных венцу родов, чья благодарность за избавление от опасности, во-первых, послужит неплохим подспорьем вассальной присяге, во-вторых, будет направлена лично на принца. И его ближайших помощников, разумеется. Кроме того, наложение печатей освободит прямой путь к западной границе, а значит, позволит быстрее перебрасывать войска от столицы к армии высокого лорда Сэллариса. Отражать орочьи нашествия станет проще.
- Как скоро прибудет высокий лорд? К своему стыду, мне не хватило сил закрыть все окрестные проколы, исторгаемые ими сущности досаждают воинам.
Аристократы отличались от сильнейших магов старших родов не только накопленными за тысячелетия знаниями или способностью манипулировать тонкими энергиями мироздания. Различие лежало глубже. Высокородные с детства рассматривали магические способности как часть себя, такую же обычную, как рука или умение видеть глазами. По сравнению со своим господином лорд Фамали, несмотря на колоссальный опыт, пользовался мистическими силами, как инструментом. Там, где Обаэль творил, чародеи из более низких каст не осмеливались выходить за пределы канона.
- К вечеру обоз прибудет сюда – успокоил равного Бирут. – Я посоветовал окрестным лордам не задерживать принца, поэтому скорость движения возросла.
- Они с пониманием отнеслись к желанию принца?
- Я сумел подобрать нужные слова – с некоторым сомнением ответил лорд. – Заодно пригласил их навестить лагерь через два-три месяца, когда с первоначальными хлопотами будет покончено. Надеюсь, принц не станет возражать.
- Замечательно. Кстати сказать, вы обратили внимание на странный шум со стороны реки?
- Вы имеете в виду некое подвывание?
- Совершенно верно. Похоже, стая местных чудовищ наконец-то набралась храбрости и решилась напасть. Позвольте пригласить вас понаблюдать за боем. Я установил возле правой стены «Рябиновую Гроздь» с небольшими модификациями и желал бы оценить ее действие на практике.
- Почту за честь, лорд Фамали.
Работы им предстояло много, но утешало одно – время еще есть. Караван будет тащиться еще не менее четырех дней, разведчики успеют не только зачистить окрестности и окончательно обустроить лагерь, но и очертить границы Врат-во-Тьму. Вообще-то говоря, принц намеревался лично принять участие в этом не самом безопасном занятии, и теперь воспитатели радовались возможности оградить Обаэля от ненужного риска. Хотя, конечно, вряд ли он останется доволен их самоуправством.
Ну и ладно. В любом случае – основной удар его недовольства примут на себя фрейлины дорогой кузины, благодаря которым путешествие продлится две недели вместо запланированных пяти дней.

Княжество Запрета. Восток 

 Обычно патруль состоит не менее чем из десятка опытных, хорошо подготовленных воинов, причем трое из них принадлежат к старшим родам. Отряд меньшей численности, равно как и с меньшим количеством магов, гарантированно понесет потери при столкновении со стаей мутантов или просочившимся сквозь провал демоном. А эльфы не могли позволить себе потери.
Кроме того, опытные командиры – то есть все, знакомые Молиану – закрывали глаза на «непрофильные» умения и навыки рядовых, если только те не особо их афишировали. Да, считалось, что представители младших родов не способны использовать стихийные конструкты второй ступени и выше, и что? Используют же. В мирное время, в те благословенные времена, когда они жили на юге, демонстрация выходцем из низшей касты особых знаний привела бы к долгому разбирательству. Сейчас к этому относились проще. Простая «огненная стрела» или пара изготовленных для сослуживцев амулетов давали лишний шанс выжить в бою всей группе, поэтому плевать, что там подумают во дворце. Столица далеко – демоны близко.
Вообще, к воинским канонам егеря относились скептически. Обстановка в княжестве слабо напоминала благородно-застывшую эпоху, когда писались наставления «ступающих путем меча», и старые рецепты работали плохо. Приходилось изобретать новые, часто вступавшие в противоречия с традиционными. В частности, учеников-пажей на обход территории теперь брали неохотно и только в том случае, если начинающий воин клялся честью беспрекословно выполнять приказы. Иногда – приказы низших.
Благодаренье Свету, у Молиана особых проблем с патрульными не возникало. Еще живя в поместье, он достаточно часто сталкивался с разнообразными тварями и как вести себя в той или иной ситуации примерно представлял. А будучи протеже лорда Фамали, юноша был застрахован он различного рода мелких неприятностей.
Правда, выводок шипохвостов мелкой неприятностью не назовешь.
Твари навалились неожиданно, в первую же секунду боя выведя из строя троих воинов. Убить не убили, товарищи помогли отбросить нападавших и сейчас раненые валялись на земле, окутанные сияющей пленкой защиты. Отрядный целитель не успел помочь, у него хватало своих проблем – на него насели сразу два чудовища и отбивался маг исключительно благодаря помощи охранника. Никакого строя не было, встать в круг патрульные не успели и драка рассыпалась на несколько отдельных поединков. Если бы не пострадавшие в самом начале, перевес был бы на стороне эльфов. Командир, прикрываемый сразу двумя помощниками, торопливо создавал «сеть миродержца», его заместитель успешно отмахивался огненной плетью и уже вывел из строя трех шипохвостов, остальные старались пробиться к стихийно образовавшемуся ядру сопротивления. Проблема в том, что смерть или ранение хотя бы одного из бойцов мгновенно склонит чашу весов на сторону тварей – численный перевес станет слишком большим. Ситуация критическая, а значит, крайние меры тоже допустимы.
Сосредоточиться…
Цвета поблекли, потухли, превращаясь в разной густоты тени. Движение замедлилось - и эльфы, и их враги шевелились будто бы с трудом, их скорость снизилась по сравнению с обычной не меньше чем в три раза. Молиан быстро создал «паутину ножей», метнул многажды отработанное заклинание в первого шипохвоста, второго, третьего… Здесь, в Тенях, предпочтительнее использовать арканы на основе энергий стихий. Свет и Тьма вносили слишком сильные возмущения в ткань тонкого мира, попытки использовать личную силу зачастую приводили к безумию или появлению заинтересовавшихся необычным «деликатесом» новых чудовищ. Последнее он выяснил на личном опыте и повторять эксперимент не хотел. И без того волосы на затылке шевелились от чувства угрозы, исходящего от чуть пружинящей под ногами почвы. Земля, деревья, тусклое злобное небо – иллюзия, здесь все нереально. Настоящие только души, только жизнь, которую так легко прервать. Каждый неверный шаг способен прорвать тонкую пленку пространства, созданную волей заклинателя, и тогда обитающие в Тени существа мгновенно почуют свежую кровь чужака. Удастся ли сбежать на верхний слой, не последуют ли неразумные порождения провалов за добычей? Неизвестно.
Холод проникает в легкие, колючим клубком сворачивается в животе, пальцы дрожат от озноба. Превратившиеся в расплывчатые силуэты шипохвосты корчатся, разрезаемые на куски паутиной, воодушевленные эльфы торопятся добить врага. Все, пора уходить. Победа одержана, а оставаться на глубине опасно, и вдвойне опасно тут колдовать. Сознание делает привычное усилие, магия отзывается…
Здравствуй, свет.

За прошедшие с момента основания сорок лет походный дворец разросся, обзавелся многочисленными пристройками и оградами, постепенно превратившись в настоящий городок. Сейчас в нем проживала почти тысяча эльфов – в пять раз меньше, чем в столице княжества. Впрочем, слово «проживало» не совсем верно описывает ситуацию. Многие жители проводили большую часть времени за пределами крепостных стен, следя за устойчивостью наложенных на провалы печатей или уничтожая агрессивную живность. Сам принц регулярно отъезжал вглубь леса Стонущих Душ, чтобы откорректировать те или иные параметры своего шедевра.
В те дни, когда высокородный покидал лагерь, свита отправлялась вместе с ним. Оставался только комендант, лорд Фамали, создавший основную часть защит городка и потому способный управляться с ними не хуже своего господина.
- Итак, юноша, вы снова повели себя крайне неосмотрительно.
- Моими действиями двигал холодный расчет – возразил патрону Молиан. – Поступи я иначе, и в лучшем случае потери были бы неизбежны! В худшем – погибли бы все!
Лорд списал громкое заявление на юношескую горячность, вслух же заметил:
- Ваш командир куда осторожнее в оценках.
- Однако же он не запретил мне использовать скольжение!
- Только потому, что вы действительно тянули до последнего и не рисковали попусту – слегка пожал плечами Фамали. – Поймите, Молиан: я вас не осуждаю. Предложенный вами метод борьбы с мутировавшими тварями эффективен и сулит серьезные перспективы, а в нашем положении естественно хвататься за малейший шанс. Однако ж! Вы уверены, что точно оцениваете риск?
- Мое присутствие в этой комнате свидетельствует о моей правоте.
- Скорее, оно свидетельствует о моей способности быстро бегать – фыркнул лорд.
Юноша покаянно склонил голову, молчаливо принося извинения. Да, имели место быть несколько инцидентов, когда его порывистость едва не обернулась гибелью, и только вмешательство патрона позволило выжить. Но это было давно!
- Я пришел к выводу, что имеет смысл вынести суждение по данному вопросу на суд благородного, куда лучше нас с вами разбирающегося в движении тонких материй. Принц не напрасно считается лучшим специалистом по работе с пространством, порукой чему почти закрытый провал в соседнем лесу – Фамали насладился замешательством, возникшем на лице подопечного. – Он, разумеется, в курсе ваших экзерсисов, но они лежат довольно далеко от области его интересов, а о помощи вы не просили. Думаю, пришло время обратиться за советом.
- Мне и в голову не пришло бы беспокоить светоносного своими проблемами – пробормотал юноша.
- Напрасно! Он обожает подобные задачи. Кроме того, несмотря на некоторую вспыльчивость характера принц о нуждах подданных заботится и без веской причины им не отказывает.
Молиан помолчал, привыкая к обрушившейся на него новости, затем поинтересовался:
- И когда же следует ожидать аудиенции?
- Сразу по возвращении нашего господина из приграничья. У него будет какое-то время перед установкой печати на провале Мертвого Ручья, так что, полагаю, лорд Обаэль согласится уделить нам толику своего внимания. Если бы не эта экспедиция, предпринятая по приказу владетеля, можно было бы подойти прямо сейчас, но увы.
Печать в Стонущих Душах действовала медленно, дольше расчетного срока, ее постоянно приходилось корректировать и перенастраивать под изменяющиеся условия. Тем не менее, она работала и провал постепенно закрывался. Первый успех вполне закономерно вызвал желание повторить удачную попытку, ведь вблизи, перед глазами, располагались еще три провала схожего класса. Поэтому с учетом уже имеющейся базы имело смысл понемногу собирать нужные сведения, чтобы через какое-то незначительное время приступать к установлению второй печати, возле Мертвого Ручья. Фактически принц уже наметил места под установку опор и даже наложил несколько малых печатей, закрывших наиболее мешающие мелкие трещины во Тьму. Работе помешало повеление его царственного брата отправляться с подкреплением на восток.
На границе заметили разведчиков орков.

Принц застыл на своем каро неподвижной статуей. Свита не осмеливалась побеспокоить господина, один только Бирут, стоя у стремени, время от времени комментировал действия войск. Обаэль, казалось, не реагировал, однако старый лорд неплохо знал воспитанника и был уверен – его внимательно слушают.
Наконец высокородный слегка пошевелился:
- Сквозь завесу прошло почти двенадцать тысяч зверей. На моей памяти это самый большой отряд из приходивших.
- Им не откажешь в определенной способности учиться, мой повелитель – философски заметил воин. – С каждым разом они эффективнее защищают армию от воздействия порчи.
- Жаль. Работы у лорда Сэллариса прибавится. Кстати, как он намеревается действовать?
- Как и в прошлый раз, повелитель – позволил себе улыбнуться Бирут. – И в позапрошлый. Орки вторгаются по одному и тому же маршруту, поэтому битвы с ними напоминают друг друга. Сложно изобрести нечто новое. Сначала десяток магов из свиты лорда нанесет удар по ослабленной переходом стае, потом стая вышлет отряды разведчиков, часть из которых убьют наши стрелки. Наконец, они обнаружат наше войско, ожидающее их на этой равнине – единственной, пригодной для боя. Орки атакуют, мы их разобьем, самые сильные или удачливые вернутся в родные края…
- Чтобы передать полученный опыт потомкам.
- Способность принца прозревать грядущее восхищает любого, имевшего счастье прикоснуться к мудрости повелителя!
- Оставьте, лорд Бирут – поморщился Обаэль. – Мой вывод очевиден. Варвары становятся сильнее, и однажды они начнут угрожать владению всерьез.
- Принц полагает нужным усилить местный гарнизон?
- Принц, к немыслимой своей радости, не несет на плечах груз подобных забот. Армия вне моей компетенции. Однако я обдумаю эту мысль после сражения.
Первые ряды орков уже показались из-за холмов. Впереди ехали плохо одетые, в дрянных доспехах всадники, при виде сверкающего отряда эльфов они дружно издали торжествующие вопли и принялись скакать взад-вперед, делая угрожающие жесты. Выглядело это довольно смешно. Однако если на лицах окружившей Обаэля свиты мгновенно возникли презрительные усмешки, то воины, составлявшие основное войско, подобрались, словно перед серьезной опасностью. Их действия не укрылись от внимания принца:
- Я вижу – обратился он к лорду Малакелю из рода Пестрой Совы, приставленному командующим к высокородному гостю – некоторое напряжение среди бойцов. Они полагают, им есть чего опасаться?
Высшее наречие позволяет передать те нюансы речи, которые при разговоре на другом языке останутся сокрытыми или неверно понятыми. Вот и сейчас Обаэль короткой фразой сумел выразить изумление при виде действий воинов, легкий гнев, насмешку и многое иное, но в первую очередь – искреннее непонимание происходящего. Как могут дети Света и Песни опасаться стаи, пусть и крупной, полуразумных зверей?!
Ответ глава одного из старших родов знал, но сомневался, что его повелителю понравится услышанное. Поэтому слова подбирал тщательно, выверяя как интонацию, так и мельчайшие нюансы речи:
- К глубочайшему несчастью, орки не столь легкий противник, как нам хотелось бы. Они обладают способностью учиться, и число их постоянно растет. Обратите внимание, повелитель – ваш собрат, благороднорожденный Сэлларис, сделал ставку в предстоящей битве на луки и магию, стараясь избежать прямой схватки. И это при том, что каждый воин истинной расы лучше вооружен, опытнее и быстрее любого из орков! Однако варвары готовы платить десятком жизней за гибель одного из нас… Они невероятно быстро плодятся, поэтому их устраивает подобный размен.
- Думаю, что сочту ваши слова за истину – неожиданно милостиво сказал принц. – В конце концов, иного объяснения, почему мы оказались заперты в этом богами проклятом месте, я не вижу. Господа!
Свита мгновенно замолчала и обернулась к своему властителю.
- Мы полагаем недостойным стоять в стороне, в то время как наши доблестные вассалы подвергают себя угрозе – тревожные переглядывания Бирута с Малакелем Обаэль проигнорировал. – Посему повелеваем вам использовать свои магические таланты для истребления дикарей. Атакуйте, едва увидите врага.
- Быть может, следует уведомить командующего о вашем милостивом предложении? – пока остальные спутники принца издавали ликующие возгласы, тихо предложил его старый наставник.
- Уже – так же понизив голос, ответил Обаэль. – Он сам просил меня о помощи.
Вечный ребенок умолчал о явной тревоге, сквозившей в словах и жестах командующего Восточным пределом. Сэлларис не испытывал страха перед врагом или сомнений в результате завтрашней битвы, но постоянное увеличение приходящих орочьих отрядов заставляло его с беспокойством смотреть будущее. Он даже счел возможным поделиться своими опасениями с представителем правящего семейства, рассчитывая на поддержку своей просьбы о подкреплениях.
Обаэль прежде не сталкивался с варварами, поэтому представление о них составил из разговоров со слугами брата и отчетов о старых битвах. Сложившаяся в голове картина получилась довольно сумбурной. С одной стороны, орки выглядели и действовали как полуразумные животные, по прихоти судьбы и благодаря раздорам среди властителей эльфов сумевшие завоевать половину континента. С другой стороны, исходящую от них опасность никто не отрицал. Орки казались стихией, жестокой и беспощадной, рано или поздно находящей щель в сверкающих порядках воинов Света и неуклонно подтачивающей мощь древних государств. Отчасти для того, чтобы убедиться в правоте своего мнения о враге, принц не ограничился приводом подкрепления и предложил Сэлларису личную помощь в отражении нашествия.
Тем временем показались основные силы вторжения. Орочья армия выглядела потрепанной, переход через мертвые земли дался им нелегко, однако отступать вожди варваров не собирались. Высокородный с горечью и благоговением увидел, как задрожал воздух над рядами орков, ощутил появление могущественных и чужих сознаний. Он часто сталкивался с измененными провалами существами и сейчас явно чувствовал отличие между проклятыми Тьмой тварями и духами, призванными шаманами на службу. Как высшие существа могли позволить зверям поработить себя? Почему они откликаются на просьбы дикарей? Это было выше понимания эльфа.
От первых рядов стаи отделилось несколько всадников в хорошей броне, приблизились и с презрительными криками принялись вызывать противников на бой. Представители светлого воинства хранили не менее презрительное молчание. Поединок – удел равных. Скрестить мечи с низшим и тем самым опозорить свою честь и честь рода никто не желал.
Наконец темная масса на дальних холмах пришла в движение. Обаэль невольно передернул плечами. Пожалуй, никогда в жизни он не встречал столько разумных – после некоторого колебания он признал орков разумными. Про себя. – собравшихся в одном месте. Страшное зрелище. Еще слишком далеко, но если улучшить зрение, то становятся видны зеленые морды, приготовленные к бою луки и стрелы, предвкушение и жажда крови в маленьких черных глазках. Они не торопятся, берегут силы коней для единственного стремительного броска. А вот заклинатели светлых уже начинают…
Почти сотня магов готовилась излить потоки магических энергий на голову врага. Сотня – и еще двое. Высокородные всегда стояли наособицу. Там, где их подданные из старших родов пользовались затверженными формулами, крайне редко создавая нечто новое, аристократы умели на ходу приспособить уже существующее заклинание под изменившиеся условия. Они умели творить, в то время как остальные только пользовались плодами их трудов. Да, маг из старших мог быть более умелым, сильным, даже побеждать в поединках своего повелителя – однако он почти никогда не мог с ним сравниться.
Поэтому и Обаэль, и Селларис намеревались поразить обычных воинов. Доказать свое превосходство. Ибо только так можно править – ежечасно подтверждая свою силу.
Первый удар, обрушившийся на голову зеленошкурых наездников, почти не причинил вреда. Духи слабеют в мертвых землях, однако шаманы все-таки сумели вымолить у покровителей защиту. Щит выдержал раз, другой, третий. Маги приграничных родов чаще прочих сражались с орками, знали слабые стороны врага, но все-таки их заклинаниям не хватало мощи. В прежние времена эльфы побеждали за счет мастерства и небольшого числа шаманов, сейчас врагов пришло слишком много, и они оказались слишком сильны.
Затем в дело вступила свита принца. Сразу стала видна разница между обычными магами старших родов и элитой, лучшими представителями своей касты. Первый же удар смел выставленную шаманами защиту, и на варваров обрушился настоящий ад. Огонь, вода, стремительно оплетающие конские ноги растения, трескающаяся под копытами земля, покрывающаяся ледяной коркой, чтобы мгновением спустя обернуться взметнувшимися вверх стеклянными иглами, выкашивали наступающих. Однако орки не остановились. Пусть их шаманы проигрывали битву, двадцатикратное численное превосходство позволяло надеяться если не на победу – то хотя бы на славу. Немногие вернувшиеся расскажут о великом дне, когда дети степи отважно набросились на врага и почти достигли успеха! Еще есть шанс омыть кровью бледной немочи кривые клинки, дабы предстать перед душами предков с доказательством доблести, привести им скальпы мертвых врагов!
Шанс был. Пока не вмешались высокородные.
Сэлларис предпочел действовать просто и эффективно. Огромный участок земли перед рядами эльфов обратился в плывун, надежно преграждая путь маленьким степным лошадкам. В иное время шаманы успели бы подготовиться – наложить замораживающее заклинание или банально предупредить вождей о ловушке, однако сейчас у них хватало своих проблем. Войско орков с разгона влетело в ставшую зыбкой землю. Послышалось испуганное ржание коней, неумолимое движение лавы мгновенно остановилось. Умные животные отказывались идти вперед, вставали на дыбы, и всадники поневоле начали искать обход. Прежде единое войско разбилось на две части, растекаясь в охват плывуна.
Случайно или осознанно выбирал высокий лорд дистанцию, но длинные луки эльфов позволяли выпускать стрелы по занятым поискам прохода оркам. Варвары падали на землю. Их убивало оружие воинов из младших родов и заклинания магов из старших, земля становилась зыбкой под копытами лошадей, шаманы гибли одни за другим, не в силах выдержать схваток с заведомо сильнейшим противником.
Всего этого Обаэль не видел. Он намеревался впервые в жизни применить на практике «Цветение огненного пуха», поэтому целиком сосредоточился на построении очень сложного, по своим меркам, заклинания. Почти на грани возможного для него-сегодняшнего. Пока Сэлларис, до безумия обрадованный помощью магов свиты, целеустремленно окружал войско орков кольцом ловушек, принц, сойдя на землю, принялся творить свое чародейство. Маленькая фигурка застыла, вытянув руки вперед, тонкие губы еле слышно шептали ключевые слова древнего и опасного заговора. Эльфы понемногу пятились от своего господина. Они ощущали собравшуюся вокруг него мощь, чувствовали призываемые им силы. Если что-то пойдет неправильно, верхушка холма и почти все собравшиеся на ней маги рискуют испариться во вспышке пламени, родившегося из гнева могущественных стихий.
Постепенно воздух над ладонями высокого лорда наполнялся ослепительно сиявшими крупинками света. Они были столь малы, что сосчитать их не представлялось возможным – просто кусочек огненной вьюги, шар из обманчиво-мягких и неопасных пушинок. Постепенно его объем увеличивался, принц понемногу раздвигал ладони. Наконец, с облегченным вздохом, он сделал отталкивающий жест, направляя созданное волей и мастерством оружие в сторону врага.
- Все – хотя голос его был тих и звучал, словно горло перехватывало от боли, в глазах Обаэля сияло торжество. – Получилось!
Шар разлетелся облаком сияющих пушинок, растекаясь в облако, расширяясь в объеме. Искорки света летели над полем боя, быстро и неотвратимо настигая орков. Стоило им прикоснуться к цели, как варвара охватывало горячее пламя, сжигая его заживо, иногда вместе с оружием и доспехами. Зеленошкурые всадники не всегда даже успевали закричать, настолько быстро они умирали. Лошади, напуганные вспышками собственных седоков, сбрасывали их на землю, после чего начинали в панике носиться по полю. Находившиеся в задних рядах дикари пытались отступить, сбежать подальше от ужасной участи, уготованной им проклятыми ушастыми колдунами, но безуспешно – ловушки Сэллариса не позволили им уйти далеко, а заклинание Обаэля действовало невероятно быстро и надежно.
- Мой повелитель?
- Все в порядке, лорд Бирут – с некоторым трудом выпрямился принц, не позволяя своему старому наставнику и дальше поддерживать его. Тем не менее, на лице его сияла широкая улыбка. – Это просто откат. Но вы видели?! Мы истребили всех!
Опытный воин оглядел заваленную трупами долину. Рядовые орки погибли все, среди вождей и шаманов… Если кто-то и уцелел, в ближайшие минуты заклинание повелителя добьет немногих оставшихся к этому моменту в живых.
- Да – согласился он. – Победа полная. Сомневаюсь, что во владении остался хотя бы один живой орк.

В походном шатре сложно создать иллюзию уединенности. Можно наложить заклинания, глушащие звуки, придать стенам вид массивных деревянных стволов, наполнить воздух гудением защитных чар. Однако в глубине души маг будет помнить – на самом деле от дождливого неба его отделяет всего лишь тонкая ткань. Ну и пусть.
Времена, когда эльфы сами устанавливали погоду на своих землях, остались в прошлом. Теперь они предпочитали не рисковать и не растрачиваться на действия, чей результат сомнителен. Поэтому большинство из них сегодня сидели в шатрах, пережидая ненастье, либо еще вчера поспешили отправиться домой, надеясь опередить грозу.
Обаэль уезжать не торопился. Он ходил по опустевшему лагерю, разговаривал с вассалами, встречался с командующим Востока, с интересом рассматривал подаренное орочье оружие. Очаровательные в своем примитивном уродстве поделки, кузине наверняка придется по нраву подобный курьез.
Сегодня вечером точившие его мысли наконец-то выкристовались в единую концепцию, и он немедленно связался с властителем.
- Мы рады приветствовать Вас, брат мой – объемная иллюзия Обера возникла посреди комнаты. Князь милостиво кивнул, позволяя родичу встать с колена, и сделал жест в сторону кресел, разрешая присесть. – Признаться, нас удивила ваша просьба поговорить без посторонних. Вы видите основания для предосторожностей?
- Просто у меня возникли определенные идеи, предположения, которыми я считаю необходимым поделиться с моим властителем – принц склонил голову и сложил руки, составляя знак «тревоги-в-раздумьях». – Некоторые наблюдения заставляют меня испытывать беспокойство.
- Орочье вторжение потрясло Вас? Разве вся стая не была уничтожена без потерь благодаря Вашему искусству? Примите наше восхищение – мы сами не сумели бы создать «огненный пух» быстрее и опаснее. Мы счастливы, что в роду Исцеляющего Света появился столь сильный заклинатель, и связываем с вами определенные надежды.
- Повелитель незаслуженно добр – Обаэль лихорадочно пытался понять, какие еще обязанности хочет добавить ему брат. – При иных обстоятельствах я не рискнул бы создавать столь сложное заклинание. Шаманы животных были скованы, поэтому условия для волшбы сложились просто идеальные. Я не мог не попробовать.
- И у вас все блестяще получилось!
- Тем не менее, мои навыки не безупречны – вздохнул принц. – Впрочем, я хотел поговорить не о них, и даже не об орках. Мою тревогу вызывает положение дел среди наших вассалов.
- Вот как? – слегка нахмурился царственный родственник. – Продолжайте.
- Возможно, я выразился слишком сильно – не тревогу, а именно беспокойство. Пожалуй, мне стоит начать по порядку. Как вы, вероятно, знаете, после прибытия к месту предстоящего сражения мне была устроена соответствующая статусу торжественная встреча, на которой лорд Сэлларис представил некоторых магов и дал в мою честь обед. Еще тогда у меня возникло легкое чувство неправильности. Этикет никоим образом не был нарушен, ко мне и моей свите относились с должным почтением, однако… Осталась некая шершавинка.
- Что вы имеете в виду?
- Это сложно объяснить, надо почувствовать самому. Только позднее, уже после сражения, я сумел понять причину своих чувств. Видите ли в чем дело: для наших вассалов, чьи земли расположены на восточной границе, лорд Сэлларис является наиболее авторитетным лицом. Более авторитетным, чем я и, возможно, чем вы. Нет-нет! – вскинул он руки в отрицающем жесте. – Они безусловно верны своему повелителю и не помышляют о разрыве Клятвы принятия. Владыка без сомнения может рассчитывать на них. Однако же нельзя не отметить, что иногда возникают обстоятельства…
Принц замолчал, предлагая родственнику закончить фразу. Помрачневший князь не спешил с ответом. Положение династии действительно нельзя назвать совершенно устойчивым. В случае гибели братьев, оставшиеся два высокородных аристократа могут силой принудить женщин правящего рода отречься от прав на престол и регалии. Конклаву глав родов ничего не останется, кроме как смириться со сменой власти.
Имея за спиной преданные лично тебе войска, решиться на авантюру проще.
- До сей поры, у нас не возникало повода испытывать недовольство действиями командующего востоком – разорвал повисшую тишину владыка.
- Такого повода нет и сейчас, мой повелитель.
- Но вы сочли нужным поведать нам о своих наблюдениях – то ли возразил, то ли уточнил Обер. Принц развел руками, прося прощения за назойливость. – У вас есть, что добавить?
- С позволения повелителя, я хотел бы ненадолго отвлечься на другой вопрос. Мне кажется, его решение напрямую связано с предыдущим – князь еле заметно кивнул. - После наблюдения за битвой я переговорил с ветеранами подобных сражений. Они утверждают, что орков приходит с каждым разом больше, их атаки всегда наносят потери. Однако же в прошедшем сражении никто из наших воинов даже не был ранен. Рискуя показаться хвастуном, вынужден заметить – столь бескровной победой армия обязана мне и моей свите.
- Это не хвастовство, а справедливая оценка свершившегося.
- Благодарю. Итак, можно сделать вывод: определяющим фактором в сражениях на восточной границе является количество умелых магов. Рядовые бойцы здесь нужны в меньшей степени.
- Думаю, ваше высказывание подходит для любой из границ – сухо усмехнулся Обер. – Лично я тоже не отказался бы от еще одного десятка сильных магов, только не знаю, где его взять.
- Именно, повелитель! Лишних обладателей дара во владении нет. Поэтому в ближайшее время рассчитывать лорд Сэлларис может в лучшем случае на мою помощь, которую я, безусловно, ему окажу. К слову сказать – после закрытия провала Стонущих Душ я намерен задержаться в восточных землях, если мой повелитель не пожелает иного. Здесь находятся еще три провала, подходящих для наложения печатей схожего уровня сложности. Их закрытие позволит значительно обезопасить дорогу в центр княжества, улучшит торговлю и, при необходимости, скорость переброски войск.
- Если руководствоваться только этими соображениями, – заметил повелитель – то более предпочтительным является направление «север-юг». Впрочем, судить рано. Насколько успешно продвигается ритуал?
- Лучше ожидаемого – принц довольно улыбнулся, что, в общем-то, для него было редкостью. – Несмотря на возникшие первоначально сложности, из-за которых срок наложения увеличился, со временем удалось устранить ошибки и печать заработала в полную силу. Я даже раздумывал, не ускорить ли процедуру, сократив число опор и ускорив создание оставшихся. Но лорд Фамали и ряд других опытных магов крайне отрицательно отнеслись к моей идее, и я решил повременить с экспериментами.
- Передайте лорду, что я полностью поддерживаю его мнение. Высшая магия не терпит торопливости.
- Он будет счастлив узнать, что его мнение совпадает с мнением повелителя. Однако приношу прощения – я слегка отвлекся от темы разговора. Итак, носители дара. В данном случае уместно говорить о представителях старших родов, в достаточной степени овладевших низшими ступенями мастерства и способных к самостоятельному развитию таланта. Сравниться с высокородными, увы, способны немногие из них, однако основную тяжесть войны несут именно они.
Князь слегка кивнул. К данному определению добавить ему было нечего.
- Сделать их сильнее или умнее мы не в силах – слабая энергетика и отсутствие должной подготовки не позволят выходцам из старших родов в полном объеме использовать наши знания. В лучшем случае они затвердят одно или два высших заклинания, не в силах преодолеть шаблон. Кроме того, существуют политические аспекты, ставящие под сомнение целесообразность подобных действий. Разумно ли давать вассалам доступ к основам власти их господ? Таким образом, мы не в силах улучшить качество служащих повелителю магов – однако мы в состоянии увеличить их количество.
- Каким образом? – скептически поинтересовался Обер. – Моя власть, безусловно, велика, но даже я не в силах приказать женщинам старших родов рожать чаще и быстрее. Искусственное стимулирование беременности приводит к чудовищным последствиям.
- Безусловно. Всеблагой Совет в свое время совершенно оправданно запретил упомянутые практики, опасаясь за чистоту расы. Я имел в виду иной способ – пусть давно не используемый, однако никем официально не отмененный. С точки зрения законов он абсолютно легитимен. Помните «Сагу о походе властителя Ильдара в пустыню огня»? Там упоминается персонаж по имени Виссаэль-лучник?
Обер если и удивился резкой смене темы разговора, ничем своего удивления не выдал. На неожиданный вопрос он ответил уверенно:
- Конечно, помню. Это одна из старейших баллад, ее изучают вместе с основными Канонами.
- Вас никогда не удивляло: почему упомянутый Виссаэль в начале саги принадлежит к младшему роду, а в конце носит регалии, прическу и одежду старшего?
Князь прикрыл глаза, вспоминая полузабытые строки. Тренированное сознание с легкостью воспроизвело виденный сотни лет назад текст, заставляя мага и правителя с удивлением покачать головой:
- Удивительно, как я не обратил тогда внимания? Вы правы, его описание соответствует представителю старшего рода. Ошибка создателя песни? Нет, ее бы заметили.
- Никакой ошибки нет, повелитель – тихо заметил принц. – Просто род Вассиэля-лучника был возвышен за подвиги одного из своих членов и благодаря поддержке властителя.
Оберу не понадобилось много времени, чтобы понять суть предложения брата. Возвышение, или возведение в более высокую касту, практиковалось редко. Препятствия переводу младшего рода в число старших или старшего в сонм высоких поражали числом, разнообразием и сложностью. Даже прямая и явная поддержка царственной особы не слишком прибавляла шансов на успех. Владетель имел право поддержать верного вассала финансово, обеспечив необходимый взнос в Храм Свитков, мог поручиться, выполнив второе из требований, часто назначал фаворитов на придворные должности, даруя необходимый статус и тем самым подтвердив третье условие. Но княжеской воли недостаточно, чтобы наделить обычного эльфа магическим даром. Благословение богов по указке земных властителей не передается.
- До тех пор, пока в младшем роду не наберется десяток приличных магов, он не в праве претендовать на возвышение – с легким раздражением заметил князь. Ему начало казаться, что он понапрасну теряет время. – Разве вы не знаете?
- Разумеется, повелитель. А также мне недавно, после небольшого расследования, стало известно, что среди Серебряных Арф есть как минимум семеро наделенных сильным даром эльфов.
- Насколько сильным? – подобрался Обер.
- Сопоставимым с уровнем выходцев из старших. Пусть не элита, но вполне достойным.
Властитель откинулся в невидимом кресле, просчитывая варианты. Род Серебряной Арфы считался надежным и преданным вассалом, его владения располагались как раз на восточной границе. Во время мятежа он проявил себя с лучшей стороны, удачно распорядившись немногими своими силами и прислав поддержку Оберу еще до получения требования. Да и позднее лорд Сэлларис хорошо отзывался о его представителях, присылая описания сражений с орками…
- Среди офицеров командующего востоком есть выходцы из Арф?
- Один из них служит ему глашатаем.
- Большая честь – заметил князь. Он понял, какой решение стоящих перед государством задач предлагает его брат, но предпочел уточнить. – Если я правильно понимаю, вы считаете возможным даровать Серебряным Арфам право отдавать своих представителей в ученичество к магам?
- Не только Серебряным Арфам – уточнил принц. – Вообще всем тем нашим вассалам, чьи заслуги несомненны и выделяются на фоне заслуг прочих родов. Сумеют ли они распорядиться полученной милостью – не суть важно.
Обер нахмурился и пробормотал:
- Такого не делалось очень давно. В Конклаве может возникнуть недовольство.
- Жители запада всегда менее трепетно относились к законам Благого Совета, о практике возвышения помнят многие. Что касается Конклава… Если я возьму ученика из Арф, это пресечет возможные кривотолки.
- Вы? – удивился властитель. – По своему статусу и происхождению вы имеете возможность выбрать ученика из любого старшего рода. Впрочем, как знак благоволения… Мы подумаем над вашими предложениями, брат – и насчет возвышения, и насчет ученика. Хотя они предлагают выход из тупика, в котором мы находимся, в то же время оба нарушают сложившийся в княжестве баланс сил.
Обаэль низко поклонился, слегка улыбаясь краешком губ. Раз брат сходу не отверг его слова, значит, против самой идеи он ничего не имеет и можно рассчитывать на согласие. Не сразу, конечно. Потребуется еще несколько разговоров, консультаций с главами группировок, наверняка слуги станут искать прецеденты и описание процедуры в архиве.
- Благодарю, что прислушались ко мне, повелитель.

Под окнами конюх безуспешно уговаривал капризного каро войти в загон. Кобылица вредничала, косила глазом из-под длинной челки и неспешно вышагивала по двору, красуясь перед могучим жеребцом. Последний на заигрывания не обращал внимания, больше интересуясь молодыми побегами изгороди, и вообще поглядывал на эльфа с сочувствием. Но помогать не спешил.
В такую погоду хотелось поехать в лес, искупаться в озере, благо под прикрытием многочисленных патрулей это безопасно. А приходилось сидеть в кабинете и решать скопившиеся за время отсутствия вопросы.
- Хорошо, мне понятна ваша просьба и я не вижу причин, чтобы ее не выполнить. Для начала, думаю, следует посмотреть, как именно вы переходите в тень, ну а там видно будет. Ваш патрон сообщит вам точное время аудиенции, господин Молиан.
- Ваше согласие - великая честь для меня, повелитель.
- Я всего лишь исполняю свои обязанности по отношения к верному вассалу, господин Молиан. Ступайте.
Когда юноша ушел, принц обернулся к стоявшему возле заваленного бумагами стола лорду Фамали.
- Вы действительно полагаете, из затеи этого юноши выйдет нечто путное?
- Во время последней схватки он в одиночку истребил десяток шипохвостов, повелитель. Да, используемая им методика опасна. Но против тварей она чертовски эффективна!
- И вы желаете ее усовершенствовать.
- Да, повелитель. Если снизить риск, то наличие даже одного правильно подготовленного бойца в десятке значительно уменьшит потери среди патрульных.
- Что ж, посмотрим. – Обаэль встал с креслица и подошел к окну. – Мы задержимся здесь еще минимум на тридцать лет, Обер дал согласие на запечатывание Мертвого Ручья, да и мое присутствие в столице сейчас нежелательно.
- Что-то случилось?
- Незначительные шевеления в Конклаве.
Судя по высверкнувшему сталью взгляду собеседника, уже к вечеру он будет знать об обстановке в Ноарисе все и еще чуть-чуть сверху. Очень хорошо.
- Вы общались со своими родственниками в Темнолесье?
- Да, повелитель. У них все по-прежнему. Орки давят.
- Тем не менее их королевство успешно выдерживает натиск – еле слышно, для себя пробормотал Обаэль.
В отличие от брата, младший принц следил за делами королевства дроу. У его вассалов имелось там достаточно родни, чтобы посредством сложных ритуалов общаться и обмениваться полезной информацией. Тотального разрыва с прошлым, на которое пошло Темнолесье, Обаэль не понимал и не принимал, однако он не мог не оценить эффект. Результат восхищал, методы ужасали.
Необходимость перемен была очевидной, вопрос в том, насколько глубоко они должны зайти. Он долго размышлял, какие изменения следует внести в структуру общества, воспитание, армию, родовые права и обязанности, но пока так и не пришел к окончательным выводам. Однако точно знал – консерватизм брата однозначно не позволит ничего принципиально нового, владетель противится всему, расходящемуся с уложениями канонов. Однако же и упертым фанатиком тот не был и чужие аргументы воспринимал, просто подавать их надо в правильной форме.
Скорее всего, Обер согласится с необходимостью даровать некоторым младшим родам возможность возвыситься. Даже теоретическая возможность перейти в более высокую касту повысит их лояльность, особенно если издать указ, дозволяющий обучать отдельных простолюдинов магии. Разрешающий младшим родам хранить книги, связанные с развитием тонких сил. Открыть библиотеку для свободного посещения, намекнуть главам старших родов на благосклонность к тем, кто берет младших в ученики… Сложно, сопротивление будет страшное, в первую очередь со стороны храмов, но иначе не выжить. Обычный воин с тварью еще справится, но с демоном – никогда, здесь нужен маг.
Княжеству нужны маги, и оно их получит. Не так, как дроу, не любой ценой. Без революций. Не нужно ломать то, что создавалось веками.
Есть иные пути.